Еще недавно в «Ф-1» за подиумы билась команда-банкрот. У нее не было денег на запчасти и бумагу для принтера, а машина отставала на два года

Чемпионы мира по эффективному распределению ресурсов.

Еще недавно в «Ф-1» за подиумы билась команда-банкрот. У нее не было денег на запчасти и бумагу для принтера, а машина отставала на два года

«Рейсинг Пойнт» – одна из самых скандальных и амбициозных команд «Формулы-1»: коллектив из Сильверстоуна готовится к альянсу с «Астон Мартин» в 2021-м, нанимает Олли Дэйла из «Ливерпуля» на должность коммерческого директора, строит базу за десятки миллионов долларов и мечтает о победах через три года. Нынешнее межсезонье «розовые» провели громче всех, привезя на тесты практически перекрашенный «Мерседес» и возглавив середину пелотона (по мнению конкурентов).

Cередняк «Формулы-1» привез на тесты точную копию чемпионского «Мерседеса». Слишком много сходств в деталях

Всего несколько лет назад организация (тогда она называлась «Форс-Индия») с трудом находила деньги на выступления в чемпионате мира. Финал бедствия настал в середине 2018-го в виде процесса банкротства – от закрытия команду спас канадский миллиардер Лоренс Стролл, искавший постоянное место в «Ф-1» для сына Ланса. Сумма сделки составила 250 миллионов долларов с учетом всех долгов.

Да, «Форс-Индия» оказалась на грани исчезновения не просто так: она много лет жила в условиях острой нехватки денег и с самым маленьким бюджетом в чемпионате. Считалось, будто она каждый год тратила не более 137 миллионов долларов (чаще фигурировала сумма в 120 миллионов) – но, кажется, на самом деле расходы были еще меньше. Как выяснилось, в 2016-2018 годах у команды даже не было денег на заполнение принтера на базе или стрижку лужайки на газоне, инженеры использовали в болиде детали двухлетней давности, а гонщиков приходилось предупреждать перед каждым заездом об аккуратности – в случае крупной аварии у команды не оставалось бы запчастей для участия в Гран-при!

В таких условиях «Форс-Индия» дважды заняла четвертое место в Кубке конструкторов – в 2016-м и 2017-м. Оба раза позади оставались «Рено» и «Макларен» с бюджетами по 250+ миллионов, а также легендарный «Уильямс» (который в 2015-м еще неоднократно светился на подиумах). Более того, в 2016-2018 годах «Форс-Индия» трижды добиралась до подиумов – вместе с «Мерседесом», «Феррари» и «Ред Булл». Даже в 2018-м незадолго перед процедурой банкротства пилот «розовых» Серхио Перес приехал в топ-3 на Гран-при Азербайджана!

Еще недавно в «Ф-1» за подиумы билась команда-банкрот. У нее не было денег на запчасти и бумагу для принтера, а машина отставала на два года

Как такое возможно? Технический директор Энди Грин рассказал удивительные истории о жизни команды в подкасте «Ф-1» Beyond The Grid. Наслаждайтесь!

«Форс-Индия» предвидела важность шин и вкладывалась в их изучение

«В 2017-м и 2018-м у нас уже был наименьший бюджет в «Ф-1». Да, у нас даже не было денег, чтобы купить бумагу для принтера на базе. Как мы заняли четвертое место в Кубке конструкторов? Ну, так сложились обстоятельства, мы просто реагировали на вызовы перед нами.

Если проанализировать все результаты, то мы здорово проигрывали командам из топ-3 – они были на голову сильнее всех остальных. Зато в середине пелотона кипела ожесточенная рубка – каждая организация пыталась побить остальных примерно с равными возможностями болида.

У нас было два сильных пилота [Серхио Перес и Нико Хюлькенберг, потом Эстебан Окон], реально мощный состав. Еще – надежная машина. К ее уровню надежности мы стремились сознательно, поскольку вы знаете поговорку: «Чтобы финишировать первым, сперва надо финишировать». На это и ориентирован весь наш подход к дизайну машины.

Тогда у нас была (да и сейчас есть – это все те же люди) команда, которая реально скреплена единой целью и хочет работать вместе. Никакой политики, никаких вмешательств со стороны чьего-то эго. Мы просто старались делать максимум. Поэтому когда к кому-то приходила хорошая идея – мы ее реализовывали без внутренней борьбы за ее авторство, зависти и интриг.

Мы все возможное вложили в симулятор и оборудование для него – именно это и привело к лучшему пониманию, в каких местах машины мы можем выжать больше всего скорости. Еще за несколько лет до того периода предвидели, что одним из важнейших факторов в будущем станет работа с шинами. Нам стало ясно, что именно резина станет важнейшей переменной в эффективности работы машин. И мы инвестировали огромное количество сил и времени в этот вопрос, внедрили лучшие технологии, которые нам только были известны на тот момент, наняли лучших людей – все для исследования взаимодействия с покрышками. Нам нужно было знать, что мы на все сто оптимизировали использование пятна контакта шины с дорожным полотном.

Читайте еще :  Шахматный поединок состоялся на нижегородском стадионе в перерыве футбольного матча

Еще недавно в «Ф-1» за подиумы билась команда-банкрот. У нее не было денег на запчасти и бумагу для принтера, а машина отставала на два года

В остальном мы просто концентрировались на работе: не забегали дальше следующей гонки, старались не допускать ошибок, и даже когда дела обстояли плохо по пятницам и субботам [дни практик и квалификаций], мы четко понимали – в воскресенье мы отыграемся. Если у вас хорошо сбалансированная в задней части машина, аккуратно обращающаяся с шинами – ты все равно можешь выжать отличный результат в воскресенье вне зависимости от всего остального. Мы постоянно думали об этом и никогда не позволяли себе расстраиваться, если результаты субботы оказывались плохими. Да и вообще, наши выступления по субботам стабильно не шли ни в какое сравнение с результатами в воскресенье. Просто воскресенье – ключевой день, и мы всегда думали об этом. Именно в этот день набираешь очки. Такова наша ментальность. И потому мы немного срезали наше желание соревноваться со всеми подряд и минимизировали количество ошибок».

Тот самый подиум в Баку-2018: это был лучший шанс за весь год. Из-за свойств машины и предпочтений пилота

Эмоции от подиума на Гран-при Баку, где Перес обогнал Феттеля на трассе, а мы находились в катастрофическом положении и внешнее управление уже виднелось за поворотом? Это сложно описать.

Здесь снова надо говорить об эффективном использовании шин. А еще мы не так давно определили, что наши машины очень слабы в одном из типов поворотов довольно продолжительное время, и у нас ушло немало усилий, чтобы найти выход. Но в то время, несмотря на слабость в одном из видов виражей, мы были чрезвычайно сильны в другом типе поворотов – и так уж получилось, что Баку полон тех самых зон, которые наша машина просто обожала. Просто битком!

А еще у нас есть Чеко, тоже любит подобные гоночные участки. Он мог бы показывать мощные результаты в Баку даже на газонокосилке. Если совместить эти два факта, то при каждой поездке в Азербайджан у нас была одна идея: «Если мы и добьемся чего-то в сезоне – то, скорее всего, именно здесь». Поэтому команда полностью концентрировалась на том, чтобы изо всех сил подготовиться. И мы бы рискнули чем угодно ради создания наилучшей возможности на воскресенье.

Конечно, не обходилось и без везения. И все же главное – пережить первые круги, а затем Чеко ловит ритм воскресного дня и превращается в одного из лучших пилотов. Абсолютно. Думаю, он – один из тех немногих пилотов, кто реально дальше всех продвинулся в эффективной работе с шинами, чувстве машины, понимании, что и когда нужно делать с покрышками, как долго надо ехать спокойнее, когда атаковать.

Чеко вообще недооценен. Он сейчас на пике карьеры. Его отзывы всегда шикарны, ментальная способность к пилотажу, анализу поведения машины и слежению за происходящим вокруг – феноменальны.

Он один из лучших. Его эффективность в работе с шинами… Думаю, он входит в топ-2 или топ-3 пелотона. Не так уж много человек может лучше. Когда он в поворотах, то просто чувствует, что надо делать с покрышкамии. И невероятно точно контролирует педаль газа. Словно в него встроен трэкшн-контроль! Его слабость – квалификации, но он любит настраивать машину под свой стиль пилотажа в гонке. И раз за разом он оказывался прав. Иногда он слишком сильно старается и проваливается в оба дня, но очень редко.

Иногда нужно ехать быстрее, чтобы удержать резину в рабочем состоянии – и с этой необходимостью мы как раз и встретились в Баку: там была фаза зернения, которую нужно было просто перетерпеть и сохранить нужные температурные показатели на одной из осей. Но здесь нам и вернулись наши предыдущие усилия: мы знали, что делать, и снабжали пилотов информацией: советовали следующий шаг и успокаивали в сложные моменты.

И это было прекрасное чувство. Тогда, наверное, никто из нас особенно не представлял, что же случится в ближайшие месяцы. Но уже тогда у нас почти ничего не осталось на операционную деятельность. Потребовалось очень много ухищрений, сил и навыков по эффективному распоряжению бюджетом, чтобы дотащить команду хотя бы до той временной точки. Даже простой выход на старт в Баку был огромным достижением.

Нужно понимать: у нас практически не было денег, а большая часть машины перешла с прошлого и позапрошлого сезонов [2017-го и 2016-го годов]. Еще бы чуть-чуть – и мы бы не смогли гоняться, просто утонули бы. На базе даже не могли достать бумагу для принтеров. Поэтому мы и не могли как-то значительно развивать болид. Но мы знали, что у нас есть шанс все равно закончить с хорошим результатом. И Чеко с командой сделали все идеально».

Еще недавно в «Ф-1» за подиумы билась команда-банкрот. У нее не было денег на запчасти и бумагу для принтера, а машина отставала на два года

Философия команды «Формулы-1», у которой вообще нет денег: приходится сдерживать пилотов и очень много думать

«С другой стороны, в те годы мы разработали особую философию: мы должны были тратить деньги максимально мудро. Это означало вложить их в машину и поехать гоняться. Если мы могли обойтись без бумаги в принтере или без постриженной лужайки на базе (она, кстати, все последние годы выглядела как лесная опушка) – то мы несомненно так и должны были поступать. Мы здесь не для того, чтобы красиво выглядеть – мы хотим гоняться. И все в команде разделили эту точку зрения. Все прекрасно осознавали боль от отсутствия денег, и потому каждый знал: никто не выбросит даже пенни впустую. Практически каждый день мы садились на базе и пересматривали траты в зависимости от появлявшихся денежных ограничений. Это была ежедневная забота. Реально тяжелая работа. Определенно не то, на что я надеялся в должности технического директора. Нужда в финансах была просто громадной и отнимала часы у каждого рабочего дня.

Приходилось ли мне говорить пилотам: «Ребята, мы не можем себе позволить разбить эти машины. Давайте медленнее на 0,9 секунды»? Каждый раз! Каждый раз, когда они садились в болид и не выезжали на квалификацию. А в квалификации мы говорили им: «Это все, что у нас есть. Делайте, что можете». Но в остальном в каждой сессии с первого же дня зимних тестов – да чего там, еще даже до того, как они выезжали на тесты – мы их предупреждали: это единственная машина, которая у вас есть. Разобьете – не сможете гоняться. Это было жестко по отношению к ним, потому что им как раз и нужно изучать пределы способности болида. А мы определенно их сдерживали.

Но они привыкли, и мы всегда знали, что каждый раз остается очень много времени, которые пилоты могут снять. Приятно это знать, но трудно все организовать. Хотя бы потому, что когда включаешь машину на полную и гонишь на секунду быстрее – все меняется. Отзывчивость и баланс машины меняются, поведение шин оказывается совершенно другим. Нам нужно было предугадывать это – реакцию болидов в квалификациях. Но такова была часть уравнения».

Пережить банкротство и не потерять ни единого сотрудника – реально. Просто нужен сверхсплоченный коллектив и боевой дух

«Насколько сложно удерживать персонал, когда команда в банкротстве и попала под внешнее управление? Мы предвидели наступление реальных проблем и выработали требование к себе: обязательно выйти из процесса с теми же людьми, с которыми вошли в него. У нас такая замечательная команда… Каждый сразу знал обо всем. Менеджеры постоянно держали всех в курсе происходящего. Только правда! Никаких скрытых ударов, никакой предвзятости. Только: «вот что творится, ребята, вот что мы будем делать, да, это рискованное мероприятие и все может пойти по букве «П», но если вы останетесь – мы точно выберемся».

Еще недавно в «Ф-1» за подиумы билась команда-банкрот. У нее не было денег на запчасти и бумагу для принтера, а машина отставала на два года

В итоге вроде как мы никого не потеряли. Все вместе решили, что продолжаем сообща. Если команда тонет – утонем вместе с ней. Каждый сохранял такой подход. Обстоятельства, толкавшие нас к банкротству, выстраивались довольно долго, но мы, естественно, не знали точное время, когда все начнется. Так что все были готовы – ну, типа того. Конечно, когда такое происходит – это все равно шок. Потому что не так уж много команд прошли через внешнее управление и выбрались – в основном обратно мало кто возвращался. И у нас получилось сделать то, чего «Ф-1» не видела довольно долгое время. Нам требовалась вера – и, думаю, мы все сделали верно.

Виджай (Маллья, предыдущий владелец – Sports.ru) тоже всегда был с нами честен насчет ситуации и его финансовых сложностей. Без его честности мы бы никогда не смогли бы сделать то, что сделали – потому что итог стал бы грандиозным шоком, и все бы полетело в пропасть. Вместо этого мы заранее спланировали выход.

«Ну, теперь у нас в принципе есть горизонт (смеется). Теперь он пришел на смену края пропасти. Лоренс Стролл (новый владелец команды – Sports.ru) заявил об огромных амбициях – сразу мы ничего не поняли, но он оплатил будущее. А потом появилась тема с объединением с «Астон Мартин», и воодушевление прошлось по компании как торнадо! Мурашки вдохновения бегали по нашим спинам. Особенно если оценить ту точку, где мы были… Вместо того, чтобы закрыть ворота базы навсегда и отправиться на поиски новой работы – мы станем заводской командой «Астон Мартин»! Такое просто невозможно написать в сценарии. Никто просто не поверит».

Деньги брата Усамы бен Ладена запустили чемпионскую команду «Ф-1». Она побеждала «Макларен» Сенны и «Феррари» Шумахера

Экс-гонщик «Ф-1» Жан Алези продал суперкар «Феррари» F40. Все ради сына – чтобы купить ему место в «Ф-2» после слабого сезона

Русский талант из «Феррари» – теперь президент цветочной компании (оборот – 650 млн рублей). Совместит погоню за «Ф-1» и бизнес

Добавить комментарий
Еще недавно в «Ф-1» за подиумы билась команда-банкрот. У нее не было денег на запчасти и бумагу для принтера, а машина отставала на два года
Adblock
detector